Султанка старый занемог,
Султанка слег в постелю.
Лежит он день, лежит неделю,
Никто из медиков Султанке не помог;
Час-от-часу лишь только хуже:
Все ребра у него наруже;
Как в лихорадке он дрожит,
И уж едва-едва визжит.
В кануре, у одра больнова,
Соколка, внук его, стоял;
Не мог он вымолвить от жалости ни слова,
И с нежностью его лизал.
Султанка на него взглянул и так сказал:
«Ну, видно мой конец приходит!
Нельзя ни встать, ни сесть;
Душа из тела вон выходит ...
А перед смертью как хотелось бы поесть!
Послушай, милый внук, что я тебе открою —
Две кости спрятал я, как был еще здоров —
Умру, ведь не возьму с собою.
Оне вон там лежат у дров;
Поди же, принеси их обе,
И старика утешь,
Который скоро будет в гробе ...
Да только сам, смотри, дорогою не ешь».
Как из лука стрела Соколка мой пустился,
В минуту воротился
И кости в целости принес.
Султанка тронут был до слез.
Ну нюхать кости он — глодать уже не может, —
Понюхал и примолвил так:
«Когда умру, пускай мой внучек это сгложет ...
Однако же теперь не тронь ты их никак.
Кто знает? может быть опять здоров я буду
Коль веку Бог продлит, тебя не позабуду.
Вот эту кость отдам тебе,
Большую же возьму себе.
Постой, что мне на ум приходит?
Есть славный у меня еще кусок один;
Я спрятал там его, куда никто не ходит.
Сказать ли! нет, боюсь: ты съешь, собачий сын!
Ох, жаль! ...» и с словом сим Султанка умирает.
На что сокровища скупой весь век сбирает?
Ни для себя, ни для других!
Несносна жизнь и смерть скупых.
Рекомендованные комментарии
Нет комментариев для отображения
Пожалуйста, войдите для комментирования
Вы сможете оставить комментарий после входа
Войти сейчас